АННА ФАЙН: О грустной обезьянке и строгом моэле


Анна Файн

Мой малыш недавно проснулся и серьезно смотрел в потолок, будто и в самом деле мог разглядеть неровности штукатурки. Ему было всего восемь дней от роду, и он плохо видел не только муху на потолке, но и моэля, ловко распаковывающего подгузник. Этот самый моэль вчера обрезал моего мальчика и теперь пришел проверить, все ли в порядке.

Как только он закончил, я схватила ребенка и прижала к себе.

— Если ты не кормишь его, зачем держать на руках? — строго спросил моэль. — Опусти мальчика в кроватку. Это не приведет ни к чему хорошему. Избалуешь, и все.

Все девять месяцев беременности я читала книги о воспитании грудных младенцев. Авторы твердили в один голос, что ребенок еще до рождения привык к теплу матери и стуку ее сердца. Надо как можно чаще держать его на руках, чтобы он чувствовал себя в безопасности.

Кого слушать: книжки или строгого моэля? Это был мой первый, но поздний ребенок, и я хорошо знала, что ответственность за него несу я. И поэтому нужно довериться материнскому инстинкту. Если бы речь шла о Галахе, я, наверное, послушалась бы моэля: в религиозном отношении он был образован намного лучше меня. Но я не считала, что должна во всем подражать черно-белым соседям. Они, если хотят, могут часами держать детей в холодных и жестких кроватках, а я не буду, и все тут.

Есть состояние, которое психологи называют депривацией. Депривация — это постоянное лишение человека жизненно необходимых ему вещей, например, еды, внимания и телесного контакта с другим человеком.

Исследования депривации впервые проводились на обезьянках. Новорожденному обезьяненку вместо родной матери предлагали «железную леди», состоявшую из прутьев и торчащей между ними бутылочки с молоком. Другому обезьяненку предлагали мягкий вариант фальшивой мамы — плюшевую обезьяну. Третьему разрешили остаться с родной матерью.

Состояние обезьяненка, вскормленного «железной леди», оставляло желать лучшего: он был грустным, вялым и нежизнеспособным, несмотря на обилие еды. Тот, кого воспитывала плюшевая мама, чувствовал себя куда лучше, но все-таки хуже, чем счастливчик, вскормленный родной матерью. Одному из подопытных зверьков предложили две мамы на выбор: железную с едой и плюшевую без еды. В случае опасности он бежал к мягкой маме. Ее пассивная ласка внушала ему чувство защищенности.

Я не идеальная мать и не преуспела в воспитании на все сто. Но все-таки я убеждена, что не следует абсолютно во всем подражать благочестивым образцам, которые видят вокруг себя «тшуваки и тшувихи». Недавняя история самоубийства Эсти Вайнштейн, бывшей гурской хасидки, наделала много шума в израильской прессе, но почти никто из тех, кто метал громы и молнии в сторону хасидов и религиозных евреев вообще, так и не понял настоящую причину трагедии. Эта история оставила после себя лес вопросов, в которых еще долго будут плутать охваченные горем родители и дети несчастной женщины.

Я начала читать книгу Эсти, распространяемую в интернете согласно завещанию покойной. Она подробно описывает строгие нравы своей семьи и ближнего круга. Родители не обнимают детей, за исключением самых маленьких, — это не принято. Дети не обнимают друг друга. Молодой муж держится в стороне от жены, исполняя пресловутые «таканот» — установления глав хасидского движения, к которому принадлежала эта женщина. Никаких лишних ласк, а долгие беседы также не приняты, даже между супругами. И все это в дополнение к еврейским законам чистоты семейной жизни, и без того не легким для исполнения.

За годы жизни эта женщина накопила тонны горечи, чувства ненужности и никчемности, несмотря на то что родила семерых детей. Депривация заставляла ее с завистью смотреть на мужчину в автобусе, который погладил живот беременной жены. Эсти с восторгом описывает случай, когда брат осмелился обнять ее в больнице, где она приходила в себя после попытки самоубийства. Депривация, говорят психологи, приводит к агрессии или саморазрушению, вплоть до попыток покончить с собой.

Я слышу голоса возмущенных читателей: при чем тут обезьяны? Человек — не обезьяна, от обезьяны не произошел, он творение Б-га и должен вести себя в соответствии с духовными принципами. В частности обуздывать свой эгоизм. А эта женщина, безусловно, эгоистка: сначала она бросила маленьких детей, ничего не объяснив. Схватила вещи и убежала в светский Тель-Авив, оставив дочерей сиротами при живой матери. А потом покончила с собой, чтобы наказать родных и близких.

Да, мы стараемся не быть животными и идти духовным путем. Но на этом пути нельзя «перепрыгивать через ступеньки». Аскетизм — удел немногих. А для остальных духовный путь — построение семьи на основе любви и уважения. Загнать другого человека в состояние депривации ради своего духовного роста или ради соблюдения принятых норм поведения — это ли не эгоизм?

Я далека от того, чтобы обвинять весь хасидский двор, откуда вышла Эстер Вайнштейн, в холодности и пренебрежении к детям. Я лично знакома с несколькими семьями гурских хасидов и знаю, что там растут счастливые дети. Хочу сказать лишь одно: когда речь идет не о Галахе, а о стиле поведения, образе жизни и обычаях, трижды подумайте, подходят ли эти обычаи вам и вашему ребенку. А в начале процесса возвращения к вере подумайте, к какому направлению в иудаизме стоит примкнуть. Быть может, ваши прадеды и прапрадеды принадлежали к литовскому течению или ХАБАДу? Как правило, евреи следуют традициям своей семьи. Изучите историю вашей семьи. И не отвергайте советы родителей, пусть даже нерелигиозных. Они любили вас? И вы любите ваших детей. Ведь, если дети не испытают любви матери и отца, вряд ли они когда-нибудь поверят, что их любит Всевышний.

Возможно, вас также заинтересует:

Версия для печати

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>