Знакомство

Познакомил их раввин Пинхас Вышедский, впоследствии – раввин Донецка. На момент знакомства (шидуха) семья Боруха уже жила в Америке, он сам там учился, в Россию не собирался и искал себе суженую совсем в других странах. Но, приехав в Израиль навестить брата с сестрой, Борух оказался в незавидном положении – у него закончилась студенческая виза в Америку. В Израиле ему в этом вопросе не помогли, а сказали, чтобы он со своим гражданством ехал в Россию. Что делает хасид в случае сомнений? Пишет письмо Любавическому Ребе! Вот Борух и написал: что ему делать – оставаться в Израиле и искать там себе пару или ехать в Россию, чтобы привести в порядок свои документы? И он получил от Ребе благословение ехать в Россию.
В России, в ходе одной из телефонных бесед раввина Лазара с раввином Вышедским, вдруг зашла речь о потенциальном знакомстве девушки из Киева и юноши из Москвы. Загвоздка была в том, что как раз в это время Боруху предложили другую невесту в Ташкенте, куда он и собрался ехать: «Билет взял на пятницу рано утром – чтобы успеть до шаббата, но рейс задержали. На час, на два и т. д.» Когда наконец объявили посадку, Борух понял, что в Ташкент он приедет уже в шаббат. В результате он поменял билет и поехал в Киев.
Голда, в свою очередь, тоже писала письмо Ребе с просьбой о благословении на шидух. Звонок из канцелярии Ребе в Нью-Йорке с благословением раздался в ту самую пятницу. С Борухом они встретились в воскресенье, «и сразу все было понятно». По словам Голды, на свиданиях говорил в основном Борух, а она была тихой и скромной. Потом они еще три раза встретились,скореедля проформы.

Свадьба

Сразу после этого Борух улетел в Америку, и в следующий раз они с Голдой увиделись уже в Нью-Йорке за две недели до свадьбы. На самом деле интервью в посольстве для получения визы было назначено через полторы недели после свадьбы, но тут вмешалась еврейская община… «Случилось чудо: нашлось одно «окошко» за три недели до свадьбы, и я получила визу, хотя мне могли и отказать». Еще большее чудо – по свидетельству Голды, что еще через неделю в посольство пришли ее родители, и им тоже выдали визу!Это был 1993 год.
Приезд невесты и ее родителей и вообще всю свадьбу оплатил жених. В действительности у самого жениха денег тоже практически не было, но помогли добрые люди из немаленькой хабадной общины Нью-Йорка, а также благотворительные фонды. «Ну а потом мы еще лет пять выплачивали долги».
Хупа была поставлена в знаменитой синагоге Любавического Ребе «Севен Севенти» (770). Ребе в это время находился у себя в кабинете, под окнами которого и ставили хупу.А потом молодоженов долго не выпускали из свадебной комнаты («хедер йихуд»), потому что Ребе как разсовершал вечернюю молитву.

Первая квартира

Первую квартиру в Нью-Йорке Клейнберги нашли буквально за день до свадьбы. «Это была не квартира! Это был шкаф! – вспоминает Голда. – Квартиры стоили дорого, денег у нас не было, но в ночь перед свадьбой мы нашли подвальчик площадью метров десять. В подвале было одно окно. В “спальне” окон не было вообще». В таких условиях они прожили первые полгода после свадьбы.Стоило это удовольствие 450 долларов в месяц.

Первая работа в Америке

Голда по вечерам работала у такого известного раввина, как Дов-Бер Хаскелевич, который издавал тогда книги на русском языке. И Голда на древнем компьютере набирала текст первой книги, «Кухня бухарских евреев» – русскими буквами на бухарском языке. Голда помнит, на что ушла ее первая зарплата: «Я купила Боруху подарок – полное собрание бесед Любавического Ребе за 210 долларов».
Сам Борух был сойфером, точнее с утра до вечера проверял кошерность написанных мезуз, тфилинов, Свитков Торы: «Там было много работы, за которую неплохо платили, так что на эти деньги можно было жить молодой семье».

Семейство Клейнберг (фото: Eli Itkin)
Семейство Клейнберг (фото: Eli Itkin)

Возвращение в Россию

На Голду произвело колоссальное впечатление количество религиозных евреев на улице и кошерной еды в супермаркетах. Но в Америке они не остались: еще до свадьбы решили, что жить будут в России, потому что в России они нужнее. Однако первый год им было важно жить вблизи от Ребе. Еще один год понадобился, чтобы найти подходящую работу в России.
Борух поддерживал контакты с раввином Лазаром, который раз в несколько месяцев приезжал в Америку: «В “Севен Севенти” встречаешь всех».И раввин Лазар пригласил его работать в ешиву, благо опыт преподавания у Боруха был.
Возвращаться в Россию после Америки Голде не хотелось, а потом еще много лет хотелось вернуться в Америку: «Зато потом – как отрезало».
Когда они приехали в Россию, в Москве было еще несколько таких семей. «Лазар, Бекерман, Мондшайин, Горелик, Вайсберг, несколько местных семей и мы», – вспоминает Голда. Кроме того, Голда постоянно беспокоилась за мужа, который возвращался домой к полуночи. Мобильных телефонов тогда не было, а ешива находилась в далеком и очень неспокойном районе Москвы – Алтуфьево, где почти ни один вечер не обходился без происшествий. Поворотной точкой стал инцидент, когда серьезным побоям на улице подверглись ученики ешивы – ребята из Америки, Канады и Израиля. Тогда пришлось идти в милицию с предупреждением, что если не будут приняты меры, то дело грозит международным скандалом. В милиции сослались на то, что у них нет даже дежурной машины (дело происходило в начале 1997 года).Тогда ешива предложила предоставить им свою. И вот во время первого же патрулирования вокруг ешивы на предоставленных милиции Жигулях они поймали подростка, целившегося в окна ешивы из пневматического оружия. Его схватили, устроили допрос, переловили всю шпану, и даже начался какой-то процесс, но чтобы довести его до конца, этим нужно было заниматься, а никто не хотел. Однако главное – ешиву больше не трогали. Сегодня в этом здании располагается православная семинария.
Голда в России тоже ни дня не сидела без работы, сразу пошла преподавать в школе, где директором был р. ЗеевКуравский,и параллельно в МахонХаМеШ: «И вот по сей день я в Махоне. Уже 22 года. И очень люблю свою работу».
С этого года к стандартному преподаванию таких предметов, как Тора, Еврейский дом и Еврейский закон, у Голды добавился и новый проект – группа углубленного изучения иудаики для девушек, уже имеющих высшее образование, – просто для души.

Квартира 

Четырехкомнатная квартира, в которой живут Клейнберги, была куплена ими более 16 лет назад взамен трехкомнатной, в которой вырос Борух. Они специально искали квартиру только рядом с синагогой в Марьиной Роще.

Распорядок дня

Голда с Борухом вместе встают в полседьмого. В восемь дети уходят на учебу, а Голда в полдевятого выезжает на работу в Махон. Она ведет две пары каждый день – до часу дня. До пяти, когда возвращаются дети,–время общественной работы: Борух занят общиной «Сокол-Аэропорт», а Голда готовит еврейских невест к свадьбе. Большая часть времени уделяется Голдой детям – их воспитанию, образованию. Голда – настоящая еврейская мама. В свободное время Голда ведет блог. У нее есть свой канал наютьюбе, посвященный домашнему хозяйству и организации дома, – «Голда-Балабуста».Тут и рецепты, и покупки, и лайфхаки. Канал обновляется два раза в неделю – по вторникам и пятницам.
Она долго вынашивала эту идею, горячо поддержанную мужем:«Я всю жизнь мечтала передать свой опыт другим, хотяв первую очередь создала этот канал для своей дочки, чтобы она, когда вырастет и выйдет замуж, не звонила маме по каждому вопросу, а посмотрела бы видео, и все поняла сама». Однако кроме дочери у канала есть еще более десяти тысяч подписчиков.
«На самом деле я веду в Махоне предмет «Еврейский дом». Но это все – теория. А на практике девочки выходят замуж и элементарно не знают, как вести домашнее хозяйство. Я все время мечтала давать им практические занятия, но это никак не вписывалось в расписание».
Графику канала сделал старший сын, остальное все делает сама Голда: «Я сама себя снимаю, сама монтирую». Недавно ее в качестве ютьюб-блогера даже пригласили сниматься на канале «Москва-24», но от этой идеи пришлось отказаться: так как программа шла в субботу, раввин, с которым она консультируется по разным вопросам, не разрешил принимать в ней участие.
Борух после утренней молитвы индивидуально занимается в Колеле с учениками, а также бывает в своем офисе в Департаменте кашрута. Преподавать он готовчто угодно, но договариваться о часах занятий с ним нужно заранее. Вообще, день на день не приходится. Есть и дела общины, и деловые встречи.

Община «Сокол-Аэропорт»

Идея «завоевывать районы» принадлежала раввину Лазару. Тогда семей хабадских шлихим было уже достаточно много, и каждому была дана возможность выбрать, в каком районе он хотел бы создать еврейскую общину. Борух выбрал район, знакомый ему по тем временам, когда он еще учился в институте: «Я знал там каждую подворотню – я же там молился!» (Борух окончил МАДИ – прим. ред.)
Сначала они нашли квартиру, в которой попытались наладить какую-то деятельность, а по субботам и праздникам за небольшие деньги снимали школьные помещения для молитв (тогда это еще было разрешено). В те годы собрать десять евреев для молитвы было непросто. Зато сегодня нашаббат собирается 40-50 человек, а на праздники – до 150 человек.

Семейный бюджет

Клейнберги ведут учет доходов и расходов– «просто чтобы убедиться, что ничего лишнего мы не тратим, и посмотреть, где можно минимизировать расходы, на чем сэкономить».
В многодетной семье, ведущей еврейскую жизнь, со всеми праздниками и шаббатами, основная статья расходов – это еда.Тем более что на шаббатГолда готовит не только на семью, но и на общину. Соответственно, и продукты покупаются в расчете на сто человек.
Правда, когда старший сын пошел учиться в ешиву, расходы на образование превзошли расходы на еду.

Шаббат

Были годы, когда на шаббаты Клейнберги брали еду и снимали квартиру рядом со своей общиной, но сейчас это обременительно. Только изредка они могут позволить себе снять там гостиницу. Сегодня они готовят дома еду на шаббат для общины и отправляют ее туда. В пятницу вечером община, как правило, справляется без них, а Клейнберги встречают шаббат в семейном кругу. Правда, узким его не назовешь – гости занимают весь раздвижной стол. Шаббат без гостей для их детей – просто нонсенс.
Утром Борух с мальчиками уходят в общину, а возвращаются, если летом, то в районе шести часов, а зимой – после шаббата. Редко, при хорошей погоде, к ним присоединяется и Голда, но, как правило, она остается дома.
Готовит на шаббаты Голда вместе с помощницей, а покупки – по составленному ею списку из более-менее стандартного набора продуктов – делает Борух. Меню на шаббат– тоже обычно стандартное и включает в себя 8-9 салатов, рыбу, мясо, гарнир, выпечку. Дочь, если позволяет время, печет пироги. Коронными блюдами Голды считаются маринованные грибочки и компот.

Развлечения и отдых

Борух предпочитает отдыхать дома. Голда может позволить себе сходить с младшими детьми в театр, а еще больше любит ходить на концерты классической музыки, и была просто счастлива, когда подруга пригласила ее на концерт Спивакова.
Клейнберги – люди простые, и на Мальдивы не ездят. Пока дети были помладше, они каждое лето выезжали то к родителям в Америку, то в Израиль. Сегодня же графики у детей (ешивы, лагеря) не совпадают, и возможности поехать куда-то вместе у них практически нет. Но как раз на этот год выпадает одна неделя, когда вся семья может позволить себе одновременный отпуск, и они мечтают провести его в поездке по местам, где жили их предки, показать детям все еврейские местечки.

Дети

Менахем-Мендель – старший сын, названный в честь Любавического Ребе. Родился после шести лет супружеской жизни. Играет на скрипке и на синтезаторе. Организовал свой ансамбль в ешиве. Его приглашают в разные Бейт Хабад. Один раз даже заплатили, при этом, со слов родителей, он очень приземленный и точно знает, чего хочет в жизни. С детства говорит на иврите и по-русски, а сейчас в Торонто учит английский.

Мойше-Цви-Гирш – назван в честь прадедушки Боруха, одного из первых учеников Любавичей, учившегося в ешиве у пятого Любавического Ребе. Он весь в учебе, погружен в Тору, может с утра до вечера сидеть учиться в синагоге. Недавно закончил изучение всей 61 книги Мишны. Половина книжного шкафа в их доме – это его призы за отличную учебу. Родители видят его в будущем раввином или судьей раввинского суда.

Сара-Крейна – единственная дочь, названа в честь Голдиных прабабушки Сары и бабушки Крейны. По мнению матери, она идеальная дочка. Талантлива в музыке, хотя не исключает и карьеры учителя математики. Но больше всего она хочет замуж и иметь много детей! Мечтает, как и мама, преподавать иудаизм людям, далеким от религии.

Мордехай-Гених – назван в честь дедушки Боруха. Ребенок отличается особой музыкальностью (даже на фоне остальных членов семьи) и красноречием, умеет выступать на публике. Каждый шаббат он сопровождает папу в общину (это час дороги в одну сторону), а во время трапезы чувствует себя обязанным выступить со словами из Торы: «Как минимум на двадцать минут. Очень красиво. Как главный раввин». В общине все взрослые мужчины его очень внимательно слушают, к его мнению прислушиваются. С учетом того, что пока ему только что исполнилось девять лет, его ждет большое будущее…

Леви-Ицхак – назван в честь отца Любавического Ребе, поскольку его обрезание совпало с датой йорцайта – 20ава. Тихий, скромный, но уже показывающий любовь к учебе ребенок. Увлекается рисованием.

Кружки

У Голды подход такой: «Я не отдаю детей в 150 кружков. Мы занимаемся одним делом, но серьезно. Причем каждый занимается тем, что ему по душе». То есть если Голда видит, что у ребенка нет слуха, заниматься музыкой она его не отдаст. Кстати, из пяти детей трое серьезно занимаются именно музыкой.У старшего практически не было выбора: Голда мечтала, что, если у нее родится сын, он обязательно должен играть на скрипке (со временем к скрипке прибавился и синтезатор). Дочь – также играет на скрипке и синтезаторе. Она получает стипендию правительства Москвы для одаренных детей. И младший сын пошел по стопам старших братьев и сестер. Все дети – лауреаты множества международных и всероссийских конкурсов. Один ребенок занимается рисованием, еще один в детстве занимался вокалом.
Но главное: Клейнберги с самого раннего возраста воспитывают своих детей в духе освящения Имени Творца. «На вас смотрят как на весь еврейский народ». Это требует от них серьезного подхода ко всему, чем бы они ни занимались в своей жизни.

Коротко:

Голда Клейнберг(в девичестве Гольдберг) родилась в Киеве, училась в пединституте в Нежине (как потом оказалось, хасидском городе), а в 1989 году двоюродный брат пригласилее посмотреть только что открывшуюся в Киеве еврейскую воскресную школу при синагоге. Эту школу на самом деле открыл Борух, только Голда тогда еще этого не знала и знать не могла. Но именно оттуда началось ее «еврейское пробуждение».Через два года она попала в первый открывшийся тогда на территории бывшего Советского Союза еврейский лагерь «Ган Исроэль», после чего пошла учиться в синагогу и втянулась в еврейскую традиционную жизнь.
Борух родился в Москве в традиционной соблюдающей семье. «Папа был настоящим хасидом, все соблюдал, но что он мог требовать в советское время от своей семьи?Вот он и не требовал ничего от нас: был только его личный пример. Какие-то азы он нам давал, но никогда на нас не давил». Отец молился либо дома, либо ходил в синагогу на улице Архипова. Иногда уезжал на шаббаты в Малаховку. Детей в синагогу он не брал по понятным причинам. Так, Борух по субботам ходил в школу, а потом дома был кидуш. Зато у него была настоящая бар-мицва, когда его вызывали к Торе, а потом отмечали это торжество у себя дома.