ГАДИ ЗОАР: Предотвратить вспышки террора невозможно


Гади Зоар

Бригадный генерал в отставке Гади Зоар считается одним из самых авторитетных специалистов в области борьбы с арабским террором. И потому именно ему мы решили адресовать вопросы о том, по каким сценариям может развиваться ситуация в Израиле в ближайшем будущем. Остается напомнить, что ситуация эта стремительно меняется, и наш разговор состоялся еще до заявления лидера Палестинской автономии Абу-Мазена о том, что он считает легитимными любые методы противостояния «сионистской оккупации».

— Господин Зоар, как лично вы оцениваете то, что происходит сейчас в Израиле?

— Мне думается, мы находимся пока в самом начале эскалации террора, который чем дальше, тем больше будет принимать все более организованные и изощренные формы. Об этом свидетельствует сама динамика процесса: все началось с бросания камней, затем теракты стали совершать террористы-одиночки с ножами, далее — по двое террористов с ножами, потом пара, в которой один был вооружен ножом, а другой — пистолетом. Как видим, в этом смысле террористам явно есть куда расти. При этом мы видим, что террор исходит из четырех различных источников: из Восточного Иерусалима, Иудеи и Самарии, которые принято называть Западным берегом, из сектора Газа и непосредственно из арабских населенных пунктов Израиля. Все эти четыре очага террора вроде бы объединяет идея «защиты» мечети Аль-Акса, Храмовой горы. Но на самом деле у лидеров каждого из этих очагов свои цели, свои интересы, своя риторика, свои существенные, а подчас и непримиримые разногласия с другими лидерами. И это очень существенный момент!

— Можно ли было, на ваш взгляд, предотвратить нынешнюю волну террора?

— Следует понять, что, пока евреи и арабы живут вместе, предотвратить вообще такие вспышки невозможно. Это как смесь водорода и кислорода: при достижении определенного соотношения между ними она взрывается. Скажу больше: даже если и в самом деле нашим народам удастся прийти к миру, заключить соглашение, подобные вспышки все равно будут время от времени происходить, так как ни одно соглашение не позволит начисто отделить один народ от другого. Чтобы ответить на вопрос, можно ли было предотвратить эту вспышку террора, надо сначала разобраться, кто несет за нее ответственность? На мой взгляд — обе стороны. Обвинения палестинцев в том, что евреи нарушили статус-кво на Храмовой горе, вовсе не так беспочвенны, как кажется многим в Израиле. После объединения Иерусалима в 1967 году было достигнуто негласное соглашение, по которому евреи молятся у Стены Плача, а арабы — на Храмовой горе. Больше того: многие ультраортодоксальные раввины провозгласили, что в наши дни евреям запрещено молиться на Храмовой горе. Однако в последние годы ситуация стала меняться. Возникло движение, ратующее за посещение Храмовой горы, и с каждым днем на ней стало появляться все больше и больше евреев, что было воспринято многими мусульманами как угроза. Когда же они попытались что-то по этому поводу сказать, многие наши политики решили продемонстрировать, что им до мнения мусульман нет никакого дела. Они стали действовать, как говорят на иврите, «давкА», то есть назло. Не будь этих провокаций, возможно, не было бы и такой вспышки страстей. Но вот тут как раз и настает очередь поговорить об ответственности арабской стороны. Сложившимся напряжением не преминули воспользоваться лидеры «Исламского движения Израиля» и других экстремистских организаций. Они начали сознательно разжигать страсти и подталкивать израильских арабов и палестинцев к столкновению с евреями и Израилем. Нынешняя вспышка насилия отнюдь не была мгновенной, ее подготовка заняла несколько лет. И если бы мы не стали дожидаться, пока жареный петух клюнет нас в то самое место, если бы соответствующие структуры всеми имеющимися в их распоряжении средствами начали бы пресекать эти действия экстремистов, нынешних событий, возможно (опять-таки лишь возможно!), удалось бы избежать. Но этого сделано не было, и в результате джинн сумел вырваться из бутылки. А после того как он вырвался, его уже не так просто загнать внутрь. И теперь за это придется заплатить куда более высокую цену, чем если бы мы действовали своевременно.

— Короче говоря, вы считаете, что все происходящее — это провал Общей службы безопасности, ШАБАК, который не занялся вовремя «Исламским движением», не нейтрализовал экстремистов в Восточном Иерусалиме и т. д.?

— Ответственность за это и, кстати, за то, что не велась достаточная борьба и с еврейскими экстремистами, вне сомнения, отчасти лежит на ШАБАК и еще ряде структур. Но не меньшая ответственность лежит и на правительстве, и на премьер-министре. ШАБАК может только рекомендовать депутатам кнессета и министрам не подниматься на Храмовую гору, но он не может им это запретить. А вот глава правительства — может, но он этого не делал. А когда сделал, то было уже поздно. Следует понять также, что Иерусалим — лучшее место для проведения терактов и лучший повод для терактов. Поскольку вопрос Иерусалима — это, пожалуй, единственный вопрос, по которому между различными политическими течениями внутри палестинцев и исламского мира в целом нет разногласий. Это единственная точка, которая их объединяет. Так было во время второй интифады — «интифады Аль-Акса», поводом для которой стал визит Ариэля Шарона на Храмовую гору. Так это происходит и сейчас с той лишь разницей, что тогда к террору подключилось население всей Иудеи и Самарии, а сейчас — в основном Восточного Иерусалима. Объясняется это, скорее всего, тем, что руководство Палестинской автономии пока не отдало соответствующих указаний. Но это не значит, что завтра такое указание не будет отдано.

— И вот тогда начнется настоящая интифада?

— Я бы не стал играть в терминологию. Интифада — арабское слово, и нам вообще вряд ли стоило брать его на вооружение. Тем более что между первой и второй интифадой на деле нет ничего общего. Первая интифада действительно была стихийной, она возникла спорадически, и у нее первоначально не было никакого плана, да и, по сути, никаких целей. Лишь потом Арафат взял на себя ее руководство, сидя в Тунисе. Вторая интифада с самого начала носила организованный характер и тщательно направлялась Ясиром Арафатом и его приспешниками. Тут следует остановиться и заметить, что террор — это «дорогое удовольствие». Он требует денег. Огромных денег. Арафат влил во вторую интифаду миллионы долларов. Нынешнее руководство автономии пока (снова подчеркну: пока!) террор не проплачивает. Вопрос в том, как оно поведет себя дальше. И не только оно, но и другие важные игроки в нашей игре — террористические организации ХАМАС и «Исламский джихад», Катар, который является сегодня основным их спонсором, и т. д. От этого будет зависеть дальнейшее развитие ситуации. Кстати, хочу заметить, что, если террор выйдет на организованную и проплаченную стадию, с ним станет гораздо легче бороться, так как у нас имеется огромный опыт такой борьбы. Но, думаю, арабы это тоже понимают.

— Как, по-вашему, должен сегодня действовать Израиль?

— На данный момент нам не оставили никакого другого выхода, как применить силу. Она уже применяется, но в этом отношении явно можно сделать большее. Я не самый горячий сторонник разрушения домов террористов, но, думаю, если их начнут разрушать сразу после теракта, это может способствовать спаду террора. Как и другие подобные шаги. И все же только силовых мер недостаточно. Необходимо действовать и на всех других направлениях. Во-первых, надо развернуть широкую международную кампанию с целью убедить и арабский мир, и все международное сообщество, что у нас нет никаких намерений нанести какой-либо ущерб мечети Аль-Акса. Необходимо привлечь на нашу сторону власти Иордании, которая в мусульманском мире считается официальным патроном Аль-Аксы и обладает огромным влиянием на палестинцев. Надо попробовать прийти к взаимопониманию по данному вопросу с вменяемыми арабскими странами. Словом, применение силы надо сочетать с дипломатическими шагами. Во-вторых, надо действовать в самом Иерусалиме. Пришло время признать, что сегодня он включает в себя ряд арабских деревень, которые на самом деле не являются его органической частью, и вместе с тем именно из этих деревень приходят террористы. Думаю, их просто следует отгородить стеной — как уже отгорожено несколько других прилегающих к нашей столице арабских деревушек. В-третьих, надо убедить власти автономии отказаться от подстрекательства и активизировать работу их сил безопасности по борьбе с террором. В-четвертых, надо погасить волнения в среде израильских арабов. В-пятых — обратить внимание на Газу. ХАМАС, управляющий Газой, безусловно, заинтересован в том, чтобы взять на себя руководство этими волнениями. Но в не меньшей степени он заинтересован в заключении с нами долгосрочного перемирия. Надо заставить его сделать выбор. Короче, каждый очаг террора надо тушить по отдельности и последовательно: сначала один, потом другой, затем третий и четвертый. Последним, думаю, надо оставить вопрос подавления террора в Восточном Иерусалиме, так как он на деле самый сложный. К сожалению, я давно отошел от дел и не знаю, что конкретно делается для такого тушения террора. К примеру, ведутся ли переговоры со старейшинами арабских деревень? Эти люди нередко обладают в свои населенных пунктах куда большими властью и влиянием, чем руководство ПА. Надеюсь, ведутся — такие переговоры никогда не афишировались. Старейшины должны помнить, какой страшный удар по экономике и материальному благополучию их деревень нанесла вторая интифада и быть заинтересованы в том, чтобы как можно быстрее установилось спокойствие. Но в любом случае на все это нужно время, а потому быстро эта волна террора не кончится — нас ждет впереди как минимум еще несколько тяжелых месяцев.

— Тогда у меня вопрос к вам как к человеку, который в свое время возглавлял гражданскую администрацию Иудеи и Самарии: а что дальше? Вы ежедневно сталкивались с арабами, вы знакомы с их настроениями. Они готовы к миру с Израилем?

— Ну, во-первых, я возглавлял администрацию Иудеи и Самарии очень давно, в период подготовки Норвежских соглашений, а с тех пор многое изменилось. Я вообще считаю такую постановку вопроса неверной. К полновесному миру палестинцы, безусловно, не готовы. Мира у нас с ними еще долго не будет, если будет вообще когда-нибудь в обозримой исторической перспективе. Говорить надо не о мире, а о возможности достижения хоть какого-то соглашения о мирном сосуществовании. Однако и такого договора я в ближайшей перспективе не вижу, так как у нашего нынешнего главы правительства нет четкой позиции по данному вопросу. То он готов на создание палестинского государства, то нет; то он говорит о готовности к болезненным уступкам, то заявляет об их невозможности. Расхождение в позициях нашего правого и левого лагеря тоже очень существенное. Все это дезориентирует палестинское руководство, мешает ему понять, в каких рамках они могут вести переговоры; чего им стоит требовать, а чего нет. Если бы наша позиция была более определенной, можно было бы рассчитывать на какой-то прогресс в данном вопросе. Но, повторю, свою, и весьма немалую, часть вины за тупик в переговорном процессе несут и палестинцы.

— И последний вопрос: вы верите в то, что евреи и арабы когда-нибудь смогут прийти к полному взаимопониманию в вопросе о том, кому принадлежат такие святыни, как Храмовая гора или пещера праотцев в Хевроне?

— Разумеется, не верю. Но та же Храмовая гора никуда не денется, нам с ней жить и дальше. Думаю, по данным вопросам возможно достижение неких долгосрочных соглашений, определяющих порядок пользования этими святынями представителями обеих религий. Но опять-таки следует понять, что в какой-то момент такие соглашения рано или поздно будут взрываться. За взрывом будет следовать вспышка насилия вроде той, что мы наблюдаем сегодня, и затем — новое соглашение.

— Получается заколдованный круг…

— Так оно и есть, и круг этот называется Ближним Востоком. Но чем более нормальными будут отношения между двумя народами, тем дольше будут действовать подобные договоренности, тем длиннее будут периоды спокойствия. И это, поверьте, не так уж и мало.

 

Наша справка:

Гади Зоар — бригадный генерал в отставке. За более чем 30 лет армейской службы занимал посты начальника отдела военной разведки (АМАН) по борьбе с палестинским террором, военного атташе Израиля в США, главы гражданской администрации Иудеи и Самарии. Окончил факультет политологии и государственных наук Тель-Авивского университета. По выходе в отставку в 1995 году создал частную компанию Netacs Security, предоставляющую различным фирмам услуги по созданию системы безопасности. Является членом Совета по миру и безопасности.

 

Возможно, вас также заинтересует:

Версия для печати

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>