Лиза Рабинович о нетипичной биографии обладательницы типичной фамилии. Аккордеон вместо скрипки, Дубна как заграница и римская синагога, которая оказалась недоступной для уроженки Москвы.

Как живется с такой фамилией?

У коллег-иностранцев интереса к моей фамилии не возникало, в отличие от представителей СНГ. Так, на казахской границе пограничник с дружественной улыбкой спросил: «А как вам с такой фамилией живется? Я думал, это только в анекдотах». Через пару недель аналогичная ситуация на границе с Азербайджаном. Тут я поняла, что такой интерес неспроста. В общем, с моей фамилией живется не скучно: люди идут на контакт, улыбаются, что не может не радовать. 

Вопрос, чем мы отличаемся от неевреев, формируется, наверное, с детства. У меня была подруга, которая как-то заявила мне, что я — еврейка, потому что у меня фамилия Рабинович. И что это — хорошо или плохо? «Я поинтересовалась у бабушки, и она сказала: не очень хорошо — евреи убили Иисуса». Весьма аргументированно — в семь лет! 

Несмотря на любовь к своей позитивной фамилии, предполагаю ею пожертвовать — я за крепкую семью и продолжение фамилии мужа. Год тому назад родился мой племянник Илюша. Я заранее просила брата это имя оставить для моего будущего сына. Тем более что в семье уже есть Илья Рабинович — наш двоюродный брат. Когда родился племянник, брат приходит и объявляет: «Илья!» — «Как же так?!» — «А у моей второй половинки было разумное объяснение: от тебя и фамилия, и отчество, а от меня пусть будет хотя бы имя!» Надеюсь, в будущем креатив и творческий подход спасут ситуацию.

Еврейская семья

Я всегда была открыта для знакомств. Для меня основное — общность интересов. «Сердцу не прикажешь» — это, конечно же, хорошо, но при этом в основе семьи должно быть желание двигаться и создавать вместе. Что касается старинной еврейской системы сватовства, «шидухов», — я только за. Было время, когда у меня были шидухи практически каждую неделю. Ребята — молодцы, о каждом из них можно написать то или иное эссе. Хотя не знаю, насколько вообще шидух применим в еврейском светском обществе. В религиозном секторе все более грамотно и разумно в том, что касается создания семьи. Да и «коэффициент полезного действия» в религиозном сообществе намного выше, ведь заведомо есть общность интересов. В светском еврейском обществе синхронизация идет намного сложнее и медленнее. К сожалению, у нас европеизированный метод мышления — мы более эгоистичные и нацеленные на персональные цели (говорю за себя). Относительно данной точки отсчета непросто построить правильную еврейскую семью.

Родительский дом

Я родилась в Москве, в Сокольниках. Моя семья — уже второе поколение москвичей. Семья была больше советской, чем «традиционной», но чувство юмора, наверное, служило залогом успеха семьи Рабинович. В седьмом классе я из общеобразовательной школы перешла в школу ОРТ и параллельно — в еврейское сообщество, появлению которого способствовал сохнутовский лагерь.

Благодарю папу, который в 14 лет отправил меня с братом в Израиль. Отдыхать там мне очень понравилось, но жить на Земле обетованной была не готова. Не видела себя в этой стране. 

Каким мог быть выбор профессии у девочки, у которой мама — учительница, а папа — инженер? Правда, в 90-е годы все изменилось, и папа стал коммерсантом, а мама — директором школы. Я очень тяготела к балету, мне хотелось заниматься хореографией. Но отдали меня, по традиции, в музыкальную школу, на аккордеон. Почему не на скрипочку и фортепиано? «Не в каждой советской семье есть фортепиано или скрипка, а аккордеон у тебя будет всегда с собой. Придешь, раскроешься — проложишь себе дорогу к успеху», — шутила мама. Школа была очень хорошей, с отличными преподавателями. Ее окончила Алла Борисовна Пугачева. Позже я уже сама освоила другой инструмент — гитару, не для выступлений, а для души. Музыкальное образование не проходит даром — чувство ритма, слух развиваются. Я работаю оператором связи с зарубежными представительствами, а изучение любого иностранного языка напрямую связано со слухом.

Рабочие будни

Есть одна позиция — по Маяковскому: «И пошла она в стойло — жить и работать стоило!» Это когда просыпаешься, как зомби, и продолжаешь свой нескончаемый рабочий день. Все знакомо, рутинно. Когда ты попадаешь под чьи-то волны. Ты — исполнитель, и неважно, на какой позиции — менеджер среднего звена, топ-менеджер, ты все равно идешь за чьей-то властью, не используешь свою волю. Не исключаю, что и у меня в жизни будет еще шанс «попасть под волны», хотя на сегодняшний день я выбираю возможность что-либо созидать. Тем более что в настоящее время, благодаря уникальной коммуникации мирового еврейского сообщества, можно реализовывать любые проекты. Текущая работа — важная часть моей жизни, которая дает развитие и получение тех или иных навыков.

Изначально мне хотелось быть стоматологом, но привлекало и еще одно интереснейшее направление — туризм и гостеприимство. В итоге поступила в университет сервиса на факультет, где лично для меня ключевым моментом было изучение двух языков — английского и немецкого. Ну и профильное экономическое образование в сфере туризма и гостеприимства. Окончила с красным дипломом.

Мне нравилось участвовать в общественной жизни — я была председателем школьного совета, старостой в ОРТ, бралась за разную работу — хотелось материальной независимости и, конечно, самое важное, реализовать себя, чего-либо добиться.

Моим первым постоянным местом работы стала компания «ВымпелкКом-Билайн» — связь, телекоммуникация. Эта работа дала мне возможность проявить креатив, интеллект, экономические и гуманитарные способности одновременно. Тот, кто воистину хочет, тот и получает! Начала я работать оператором. Тогда еще не существовало понятия «колл-центр», нас было всего семь человек. Оператором я пробыла около двух месяцев. Мне было 17 лет, первый курс. Потом по стечению обстоятельств стала администратором продаж инновационных услуг дайл-ап-доступа «Россия онлайн». Это сейчас мы привыкли к 3g в ожидании 4g, а раньше была связь по телефонной линии, и это уже было, в общем-то, счастье. Так я приняла участие непосредственно в развитии данного бизнеса в Москве.

Для еврейской девочки было весьма нетипично совмещать учебу и работу. Папа, конечно, поддержал эту возможность почувствовать вкус жизни. А мама была категорически против работы, но если уж папа поощряет, то моя задача, говорила она, чтобы это не мешало успехам в учебе и чтобы я училась на одни пятерки. Задача была принята и исполнена.

За дальними далями

Сегодня моя деятельность связана с международными отношениями. Есть места, куда мне хочется возвращаться снова и снова. Как ни странно, это Италия, Рим и та синагога, куда меня до сих пор не пускают, потому что я никак не могу «авторизоваться» — свое пребывание в римской синагоге нужно согласовывать заранее. Когда я впервые как правоверная еврейка захотела зайти в синагогу, чтобы полюбоваться ее красотами не только извне, я была остановлена на входе. Мои просьбы на английском и описание моих надежд и желаний на корявом итальянском не помогли. В итоге один молодой человек сказал, что, если я хочу туда зайти, мне нужно заранее это согласовать. Он пригласил меня в кафе, владельцем которого был его папа, и предложил показать мне Рим, как он его видит своими глазами. Беспредельно приятная отзывчивость братьев по крови. 

Мне не так сложно начать соблюдать кашрут, потому что я уже много лет веган. Мне нет смысла потреблять столь много энергии, потому что я ее не трачу. Я — офисный работник. Всегда получаю удовольствие от возможности посидеть в том или ином городе в кошерном ресторане. Потому что подход, чаяния, с какой душой тебе подадут в том или ином заведении даже чай, не говоря о гефилте-фиш, — это очень много.

Если у тебя есть возможность путешествовать по миру, то подход сравнения-выделения, «где лучше — где хуже» заранее утопичен. Интересны те места, где у тебя есть нестандартные возможности раскрыть себя, встретиться с удивительными людьми.

Первая моя заграница была через славный город Чоп на границе Украины и Венгрии. Ездила я в Будапешт с одиннадцатиклассниками. Сама училась в шестом, но один из кураторов группы был папиным приятелем. Мне выдали $40 на расходы. Поселились мы в Пеште, где в основном живут цыгане. И вот впечатления маленькой девочки: консервы, бордели, «Макдоналдс». Неудивительно, что спустя 15 лет Будапешт показался мне неузнаваемым. Но тогда это в любом случае было здорово — ощущение глотка воздуха за пределами города, в котором я родилась и которым горжусь.

Моя двоюродная тетя, эмигрировав в 70-х, вышла замуж за чеха — не еврея (что было весьма нетипично для нашей семьи). Но в 80-х ее муж, физик-ядерщик, на несколько лет переехал сюда. Это была потрясающая компания, там не было четких разделений на евреев и чехов. И я к ним ездила с бабушкой. Могу вам сказать, что по ощущениям тот рафинированный контингент и та настоящая интеллигенция — это было намного ярче. Город Дубна оказался намного более заграницей, чем впоследствии Будапешт с упомянутыми реквизитами.

Еврейская высота

Еврейская высота? Наверное, быть представленной лично таким семьям, как Лазар, Каллер, Куперман, Кляйн… Отдельно хотелось бы упомянуть семью Баренбаум. Это взаимодействие было своевременно — на рождении новой еврейской волны в моей жизни. Я очень рада, что мне встретился человек, который своим взглядом, возможностью персональной интерпретации смог делиться тем, что он знает, и самое важное — давать хорошую почву для соприкосновения с Источником, с Торой людям, которые, откровенно говоря, не особенно были с этим знакомы. 

Еврейская высота — это иметь возможность участвовать в роли ментора и коучера в таких потрясающих проектах, как «Кнафаим» и «Каэт» (при «Джойнте»). В этих проектах я участвовала три года. Это так называемый еврейский МВА: возможность поддержки любого старт-апа. 

У меня были две волны тяготения к еврейству. Первая волна, с подачи родителей, — ОРТ, «Сохнут», в 14–15 лет. Для меня это стало естественным проникновением в культуру. Второй виток — участие в проектах «Кнафаим» и «Каэт». Эти проекты дают возможность любым идеям в головах творческих людей реализоваться посредством системного обучения в течение года. «Кнафаим» — без фокуса на социальном контенте, а «Каэт» — четко социальные старт-апы, где у студентов есть возможность взаимодействовать с персональным ментором и коучем, которые помогают непосредственно довести проект до ожидаемого финала. И вот в этой роли я участвовала в проектах. Когда ты человек ищущий и творческий и у тебя всего две руки и две ноги, а ты видишь горящие глаза и у тебя есть возможность поддержать те или иные идеи, ты, конечно, соглашаешься. Более того, привлекаешь и своих успешных друзей, заинтересованных в дополнительных проектах. Не всегда результат можно монетизировать, больше трудишься на благо рождения совместных идей. 

Все, что связанно с еврейством, для меня на самом деле некая драгоценность, хрусталь, который разбить очень просто, но внутри все останется сокровенным.

Лиза Рабинович. Родилась в Москве 27 февраля 1983 года. Закончила с красным дипломом МГУС «менеджер в сфере туризма и гостеприимства». С 2000 года и  по настоящее время в компании ОАО»Вымпелком», на позиции начальника отдел продаж B2O