ГАРРИ ТРЕГУБОВ: Китайский еврей из Австралии


Triguboff

У него есть многомиллионное состояние и нет личного шофера. Он критикует форму ступенек в Еврейском университете и помогает россиянам подтвердить еврейство. Интервью со строительным магнатом Гарри Трегубовым, который не пользуется услугами телохранителя, вмешивается в австралийскую политику, но имеет четкое мнение относительно того, как Израиль должен относиться к национальным меньшинствам.

 

Логика бизнеса

– Вы всю жизнь провели в Австралии?

– Мне довелось пожить в четырех частях света: в Африке, Австралии, Азии и Европе. Я родился в Тензине, в 33-м году. Потом переехал в Австралию, где учился в старших классах. В 50-е годы присоединился к родителям в Израиле. Затем поехал изучать текстильную промышленность в Лидсе, что в Англии, а после отправился работать в Южную Африку. И, наконец, вернулся в Австралию.

– А почему текстильную промышленность, а не строительный бизнес?

– Своего рода дань традиции, наверное. У отца был текстильный бизнес еще в Китае. Сам он родом из Украины, по-видимому, из Винницкого района, а мать была сибирячкой. Так они оказались в Маньчжурии, затем в Харбине, затем в Тензине, где был большой центр текстильной промышленности, когда еще Китай находился под японской оккупацией. Папа там еще основал дом престарелых для еврейской общины, а я учился в местной еврейской школе на русском языке и рос с русской няней.

И с началом репатриации в 50-е годы папа открыл в израильском городе Ор-Йеуда ковровую фабрику «Кармель».

– И все же Вы не продолжили семейный бизнес, став строительным магнатом?

– Я с детства отличался очень независимым характером, был самостоятельным. Вот взял и поехал учиться в Австралию. Отсюда, наверное, и независимость в мышлении, и жажда приключений, и инициативность, и проекты, за которые никто другой и не думал браться. Я привык нестандартно мыслить, всегда и во всем искать новые возможности. Например, в Австралии все строили и строили. Сидней рос и расширялся. Высотных домов не было, потому что там достаточно земли. Мне это показалось абсурдом. Во-первых, вокруг Сиднея – много садов и парков. Значит, не везде можно строить. Значит, невозможно без конца расширяться. Логично?

И еще немного логики: расширение требует проводить дополнительные инфраструктуры, расширять их. А это же очень дорого! Земля, площадь – это же не все. Так я стал первопроходцем в строительстве «ввысь». Чтобы предоставить людям квартиры по приемлемым ценам. И чтобы им не приходилось отдаляться от центра.

Вот вам совершенно новая мыслительная стратегия, которая легла в основу самого процветающего строительного бизнеса в Австралии.

– А что потом?

– Потом я начал строить в Квинсленде. Это золотое побережье, «австралийская Флорида». Я сам не люблю холодные места. Люди любят солнце, тепло. В Сиднее зимой становится холоднее. Люди с возрастом хотят перебраться в более теплые места. И я провозгласил, что жду их в Квинсленде. Это тоже оказалось очень успешной затеей.

– И где вы строите сегодня?

– В Брисбене. Тоже многоэтажные дома и тоже в Австралии.

– И кто в основном ваши клиенты?

– Сегодня ключ к экономическому процветанию лежит в Азии. Восемь из каждых десяти продаваемых квартир покупают китайцы. Те из них, у кого есть деньги, вкладывают их в Австралию. И у них есть чему поучиться.

– Так что вы никоим образом не противник эмиграции?

– Евреи вообще всегда отличались тем, что были как раз сторонниками эмиграции. По-вашему, чтобы поставить раковину или облицевать пол, нужно хорошо знать английский или разбираться в истории Австралии? Рабочая сила всегда нужна, и эмиграция только продвигает мир бизнеса и местную экономику. А синие воротнички мне всегда ближе по духу, чем белые.

– Значит, это не пустые слухи, что Вы до сих пор лично наблюдаете за процессом строительства?

– Разумеется! Нужно же знать и видеть все детали. Все уже привыкли, что «Гарри Тригубофф не просто дает деньги, а вовлечен во весь процесс!»

Вот в свое время я принимал участие в большом израильском проекте «Тальпиот» – совместном детище Еврейского университета в Иерусалиме и израильской армии. Однажды я проходил там мимо одного из зданий и заметил, что его ступени – совершенно плоские. Но это же опять-таки совершенно нелогично: когда моют лестницу, вся вода стекает вниз! И я предложил добавить простую кромку для ступеней. Нужно думать глобально, но и не забывать о каждой мелочи. Каждая деталь требует разумного подхода. И так во всем.

– Какие мелочи следует учитывать в первую очередь?

– В первую очередь – и это не мелочь! – следует помнить, что бизнес делают люди. Не забывать о человеческом факторе. От работников можно и нужно требовать отдачи, но обязательно нужно также давать им. Ключ к успеху – в руках работников, в их верности и преданности делу. Это нужно развивать. Нужно уметь давать, уметь ценить людей, относиться к каждому по-человечески.

Признаюсь, я человек импульсивный, возможно, даже раздражительный. Но я очень надеюсь, что моя человеческая сущность не теряется в обличии строгого босса. И клиент для меня – это прежде всего человек, личность, а не какой-то безликий номер. Поэтому я могу встать на его позицию, думать о том, что нужно моему клиенту.

Бизнес – это ответственность. И в первую очередь – ответственность перед людьми. От того, как идет твой бизнес, зависит зарплата многих работников. Мой девиз: «Ответственность не дают. Ее берут».

В чем Вы видите основные трудности для предпринимателя?

– В бюрократии. Предприниматель должен знать «красные линии» бюрократии. В Австралии с этим очень сложно: получить все необходимые разрешения, документы. Но я всегда всем советую не бояться тревожить государственные инстанции. Для этого они и существуют. И если нужно – не бояться обращаться даже в суд. И побеждать. И знать, что, если здравый смысл на твоей стороне, можно пробить брешь и в бетонной стене бюрократии.

С банками я тоже давно покончил, создав себе «критическую массу» наличности, позволяющую мне спокойно строить. А то в Австралии банки берут слишком высокие проценты.

Вклад в будущее

Гарри Трегубов

Гарри Трегубов

 

– Вас можно назвать верующим евреем?

– Что значит «верующий еврей»? Еврейский народ – это не только вопрос веры. Это национальная солидарность. Мы единый народ вне зависимости от религиозных рамок. Я верю в будущее еврейского народа и в важность сплоченности.

Поэтому я считаю делом особой важности оказывать материальную поддержку тому, что символизирует еврейскую жизнь в диаспоре: ешивам, еврейским школам. И если речь идет не об отдельной ортодоксальной школе при ешиве, а об общинной школе, не стоит придираться, отказывать, проверять под лупой, какой гиюр прошла мать. В Австралии – сто тысяч евреев. Нужно быть более открытыми. Без лишних фильтров.

– Кто платит – тот заказывает музыку?

– Не всегда. Но там, где это гарантия будущего еврейского народа, я буду бороться до конца, чтоб отстоять свою точку зрения.

– А в том, чтобы поддерживать ешивы и школы в Израиле, вы не видите особого смысла?

– В Израиле нужно поддерживать армию. В диаспоре – еврейское воспитание. А если вы пытаетесь вовлечь меня в политику, вам это не удастся. В израильскую политику я не вмешиваюсь. Какое я имею на это право, если сам являюсь гражданином другого государства?

– Что не мешает вам материально поддерживать израильскую армию?

– Конечно. Ведь это гарантия безопасности еврейского государства. Мы много встречались с разными начальниками генштаба. Я лично спонсировал программу «Атидим», чтобы молодые, подающие надежды ребята могли получить высшее образование и затем использовать в армии свои научные знания.

Мы помогали программе для офицеров в Мицпе-Рамоне. С другой стороны, вложили средства в военно-исторический музей Гиват А-тахмошет в Иерусалиме, потому что молодое поколение должно знать свое героическое прошлое. Это не само собой разумеется. Правда, я был там недавно с визитом и заметил, что требуются еще доработки.

– В австралийскую политику вы тоже не вмешиваетесь?

– В Австралии евреи занимаются бизнесом, а не лезут в политику, как в Америке. Это большая разница. Но определенное влияние евреи, безусловно, имеют. Австралия известна своим произраильским настроением. Антисемитизма не чувствуется.

Евреи прибыли в Австралию после Катастрофы. Страна тогда еще находилась в спячке, а у евреев было много энергии, мотивации. Они взяли на себя много проектов, были очень предприимчивы и преуспели.

– Но откуда в вас эта жажда филантропии?

– Наверное, это тоже семейное. Папа был филантропом. Кроме того, необходимо поддерживать еврейскую общину. Иначе она просто прекратит свое существование. Если мы не будем заботиться о сохранении еврейства, кто за нас об этом позаботится? Поэтому я и поддерживаю всех, кто может гарантировать будущее еврейского народа. Это не само собой разумеющаяся вещь. Кто знает, что будет через сто лет? Наша задача – заботиться, чтобы и через сто лет были евреи и было еврейство.

– Отсюда и ваша поддержка организации «Шорашим»?

– «Шорашим» проводит огромную и сложную работу. Специалисты этой организации сопровождают людей в процессе окончательного признания их еврейства. Государство Израиль так старалось, чтобы они приехали туда, так надо стараться, чтобы они были там евреями, а не просто так. Чтобы их признали евреями. Чтобы не было разделений: этот – так, а этот – сяк. Мы должны быть вместе. И кто по-настоящему хочет принять гиюр – надо предоставлять ему эту возможность, и точка. Без лишней философии. Главное, чтобы был евреем. Как все. И чтобы через сто лет у нас не образовалось из одного – пять «еврейских народов».

– И ради этого вы предлагаете разным неевреям пройти «щадящий» гиюр?

– Мы предлагаем тем, кто хочет стать частью еврейского народа, стать полноценными евреями. Но меня отговорили заниматься вопросами, связанными с алахическими спорами и разногласиями. А вместо этого помочь тем, кто вплотную помогает непосредственно евреям, у которых, с точки зрения алахи, нет никаких проблем, но есть бюрократические сложности с документами. Например, им трудно доказать, подтвердить свое еврейство в одиночку. И для этого мы – в лице организации «Шорашим» – помогаем им, чтобы лет через пять-шесть им не пришлось проходить уже «щадящий» гиюр или даже гиюр настоящий, но сопряженный со множеством объективных трудностей и занимающий длительное время. Тем более что беспочвенное требование такой процедуры может слишком многих оттолкнуть.

И если уже сегодня проверить и доказать еврейство не так-то просто, то можно представить себе, с какими сложностями придется столкнуться через пять-десять лет! А сегодня, благодаря деятельности «Шорашим», практически каждая проверка подтверждает еврейство пяти-шести родственников. Это же вклад в будущее!

Настоящая трагедия

Гарри Трегубов

Гарри Трегубов

 

– То есть от идеи массового гиюра Вы перешли к доказательству еврейства пяти-шести родственников?

– Мы перешли к делу, затрагивающему интересы сотни тысяч евреев! В Израиле еврейской идентификацией занимаются три инстанции. Во-первых, консульства, где выдают разрешение на въезд в Израиль. Во-вторых, министерство внутренних дел. И, в-третьих, главный раввинат. И не всегда есть связь между всеми ними.

Буквально свежая история: дочь признали еврейкой, а мать грозятся выселить из страны, несмотря на то что она даже получает компенсацию из Германии, как жертва Катастрофы. С другой стороны, если поднять слишком большую шумиху, кто знает – может, вместо того, чтобы признать еврейкой мать, государство решит лишить статуса еврейки и дочь. Так что нужно действовать с умом. В профессиональной сфере я предоставляю поле деятельности специалистам. Это, между прочим, намного надежнее, чем политикам, которые способны все и испортить.

А многих никто никуда не выселяет, они годами живут в Израиле, и, только подавая документы в раввинат, чтобы жениться или женить своих детей, они узнают, что раввинат сомневается в их еврействе.

В результате непризнанные раввинатом, они заключают гражданский брак без святости хупы и составляют огромную группу тех, чье еврейство не признано израильским государством, кто не считается полноценным евреем. Притом что все это – чистой воды формальности. И люди едут жениться на Кипр, и это превращается уже в массовое явление.

А ведь это самое важное для будущего еврейского народа. Ведь именно через раввинат оформляется еврейский брак. Вы можете представить себе, какая это угроза для еврейского будущего государства Израиль?

– Но и раввинский суд винить особо не за что?

– Мы никого и не виним. Но создалась ситуация, когда для раввинских судов в Израиле любой выходец из Советского Союза после падения железного занавеса априори считается неевреем, если только не докажет обратное. А с таким подходом неминуемо создается отторжение и десятки тысяч евреев ищут альтернативу исконно еврейскому бракосочетанию. В итоге происходит немало трагедий.

Наши ненавистники обвиняют нас, что мы не имеем права говорить о «еврейском государстве», когда в Израиле немалый процент национальных меньшинств. И что же? Мы своими руками добавляем еще полмиллиона неевреев, которые на самом деле таковыми не являются. Тем самым выбивая почву у себя самих из-под ног. Сами себе роем яму!

И честь и хвала организации «Шорашим», прилагающей нечеловеческие усилия, чтобы документально подтвердить и признать еврейство евреев по алахе, которые сами путаются во всех этих бюрократических процедурах. И мы со своей стороны просто обязаны позаботиться о том, чтобы это было сделано. В том числе и в Израиле.

И тут нет и не может быть никаких идеологических или философских споров и разногласий. Все споры носят чисто процедурный характер. То, что мы делаем в рамках «Шорашим», признается всеми религиозными течениями, включая самые ультраортодоксальные из них. И чем больше мы успеем сегодня, тем больше трагедий мы сумеем предотвратить.

– Трагедий? Не слишком ли громко сказано?

– Самых настоящих трагедий! Это раньше, когда ассимилированная русскоязычная молодежь знакомилась друг с другом, они могли без малейших угрызений совести поехать на Кипр, расписаться и заодно провести там медовый месяц. Но сегодня, когда русскоязычная молодежь интегрировалась в израильское общество, знакомится в армии, в университетах с коренными израильтянами, а те все-таки больше дорожат традициями и не представляют себе семью без хупы, это можно назвать бомбой замедленного действия. В социальном плане. И многие изначально отказываются создавать семьи с «евреями под вопросом». Поэтому никаких вопросов, никаких основ для подозрения недопустимо создавать.

И я очень надеюсь, что государство Израиль проявит больше ответственности и здравого смысла, чтобы помочь нам в нашей деятельности. Я лично вижу в этом дело государственной важности. И даже больше того. Тема подтверждения еврейства более чем актуальна и в Германии, где проживают около 200 000 эмигрантов из России, в числе которых множество евреев по алахе, и многим из них трудно доказать свою принадлежность к еврейскому народу. Это же просто ужас, если на пути еврейских ребят будет столько сомнений и препятствий к еврейскому браку! Да, это вопрос свободы выбора, но если кто-то выбирает свадьбу с хупой, нельзя не позволить им этого из-за всяческих сомнений!

Единство евреев – высшая ценность

Гарри Трегубов

Гарри Трегубов

 

– Но и сомнения-то возникают не на пустой почве? У тех, у кого оба родителя – чистокровные евреи и никогда этого не скрывали – ни в жизни, ни в паспорте, вряд ли возникнут проблемы. В отличие от тех, кто по тем или иным причинам от своего еврейства отрекался, будь это путем изменений паспортных данных или смешанных браков…

– Да, сложилась определенная историческая данность, чьей жертвой стали эти люди, но это ведь не их вина! Да, евреи Советского Союза стали жертвами коммунистического режима, не позволявшего ничего еврейского, и сегодня мы имеем дело с продуктами того общества, в котором евреи старались не выпячивать свое еврейство и по возможности не фиксировать упоминание о нем.

Но это же просто парадокс, что советские документы стали самым достоверным свидетельством в вопросах еврейства!

– В Америке это не так?

– В Америке тоже свои проблемы. И туда эмигрировало немало евреев бывшего Советского Союза. Поэтому мы поддерживаем связь с американскими специалистами. Правда, там больше возможностей найти раввина, который бы поставил хупу каждому желающему.

Но в любом случае, если через несколько лет для того, чтобы пожениться, нужно будет проверить все генеалогическое дерево, чуть ли не прибегая к помощи частных детективов, это же будет просто катастрофой для всего еврейства!

То, чего не добились наши враги за два тысячелетия, мы разрушаем своими собственными руками, не расчищая стол, замусоренный советским режимом. Но для меня лично единство еврейского народа было и осталось высшей ценностью!

Подчеркиваю: единство – не синоним единообразия! Единство – это возможность сидеть за одним столом, и спорить, и не соглашаться, но все равно оставаться вместе. Я не боюсь разногласий. Как раз разногласия позволили нам жить и сохраняться как народ. Всевозможные дискуссии смело можно назвать нашим национальным признаком. Вспомните хотя бы талмудические дискуссии.

Но у нас должна быть общая национальная память и национальная генеалогия.

– Что такое «общая память»?

– Например, общий язык. В возрождении современного иврита я вижу одно из высших достижений сионизма. Какой современный итальянский подросток сможет прочитать сегодня средневековый текст на итальянском языке? А израильские дети, даже совершенно нерелигиозные, спокойно читают и более древние тексты на иврите. Это просто чудо, фантастика.

– И в заключение, какие впечатления у вас остались после вашего визита в Москву?

– Очень положительные. Приятно видеть возрождение еврейской жизни после стольких лет коммунистической тьмы. Приятно наблюдать динамику еврейской жизни. Это просто замечательно – видеть, что у евреев сохранился «еврейский инстинкт». Это очень важно. Все просто отлично. И меня очень впечатлила отреставрированная синагога на улице Архипова.

– А кроме «еврейской» Москвы что вам особенно понравилось?

– Большой театр. Очень экстравагантное зрелище. И стройки российские мне понравились.

– Вы хотите сказать, что во время своего визита побывали на стройках?

– А как же без этого? Но не волнуйтесь: в России я строить не собираюсь! Так что я не конкурент местным подрядчикам и даже могу дать свой бесплатный совет: продать три квартиры по миллиону долларов порой бывает легче, чем одну – за три миллиона. Не стоит гоняться за дороговизной. Лучше предлагать людям то, что они могут себе позволить.

 

 

Биография

Гарри-Оскар Тригубов родился в 1933 году в Китае в семье евреев из Российской империи. В 1947-м переехал в Австралию, где обучался в Шотландском колледже Сиднея. Продолжил учебу в Лидском университете в Англии, занимался текстильным бизнесом в Израиле и Южной Африке. В 1960 году вернулся в Австралию, на первых порах работал таксистом и развозчиком молока. Скудное жалование Тригубов откладывал на недвижимость. В 1961-м получил австралийское гражданство. В 1963-м построил дом на 8 квартир. В 1968-м возвел дом на 18 квартир и создал девелоперскую компанию Meriton (по названию улицы, на которой велись строительные работы). В 2004 году Meriton воздвигла самое высокое жилое здание в Австралии — 73-этажный небоскреб World Tower суммарной высотой 230 м. В 1990-м Тригубову был вручен Орден Австралии за заслуги в сфере строительства и филантропии. В 2003 и 2009 годах он удостоился титула «Человек года в сфере недвижимости». В 2010-м Гарри Тригубов стал одним из патронов конкурса «Выиграй неделю с миллиардером», проводившегося журналом Business Review. Три победителя получили возможность на протяжении недели понаблюдать за работой компании Meriton и финансовой деятельностью самого Тригубова. В 2011 году его состояние составляло $3,5 млрд.

 

 

 

Возможно, вас также заинтересует:

Версия для печати

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>